Алексей Меркулов на Завтраке с «Капиталистом»: «Я стал бизнесменом случайно. Да и вообще мы должны были прогореть»

Алексей Меркулов на Завтраке с «Капиталистом»: «Я стал бизнесменом случайно. Да и вообще мы должны были прогореть»

Алексей Меркулов с одной стороны – чемпион и рекордсмен по пауэрлифтингу (силовое троеборье), с другой — основатель сети тренажерных залов «Рельеф». Какой вес приходится поднимать в спорте и в бизнесе, чтобы быть первым? Почему в его залы эконом-класса приезжают люди на «Мерседесах»? Как на него повлияли Майк Тайсон и Михаил Прохоров? Об этом мы разговаривали на террасе гостеприимного ресторана «Парус»…

— Алексей, как я понимаю, ваша бизнес-история началась со спорта. А с чего начался спорт?

— Сначала, в 11 лет, я год занимался в «Шансе» бодибилдингом. Потом – в «Спарте» борьбой. Детство – что интереснее, туда и идешь. А потом у меня начались проблемы со здоровьем. Боли в животе, на «скорой» увезли в больницу и потом выявили – желудок, печень, почки, что-то с легкими даже, очень много всего. В больнице лежал больше месяца, потом больше трех месяцев на надомном обучении… Диагнозов было столько… Кто смотрит мою карточку, говорит, что вылечить это невозможно.

— Были у вас тогда, в детстве, какие-то переживания из-за болезни?

— Не особо это помню. Вряд ли. Ребенок – я даже не понимал, что происходит. Было только обидно, что нельзя в школу ходить, что запрещали бегать.

В 13 лет меня позвали в клуб пауэрлифтинга. Оказалось, когда я занимался бодибилдингом, меня запомнили и потом искали, а я болел. Нашли, пригласили. Мне хотелось – я уже устал болеть. Родители были против, но я убедил и они решили: если будет ухудшение, то никакого спорта. Но ухудшения не было. Через год занятий я даже забыл, что болел. Когда в 15 лет проходил медицинское обследование, ни один диагноз не подтвердился. Хотя говорили, что это врожденное, это неизлечимо.

— Как так бывает?

— Сейчас говорят – скорее всего, ошибка врачей, все диагнозы ошибочны. Никто не верит, что спорт такое делает.

— А вы думаете, что это спорт?

— Однозначно, у меня множество подобных примеров. У меня ребята занимаются, приходят с такими серьезными проблемами, и благодаря спорту… Конечно, не только спорту – целый комплекс всего, но основа спорт. Очень серьезные заболевания можно если не вылечить, то даже с ними вести полноценную жизнь.
IMG_3219
— То есть, вы с 13 лет уже профессионально занимались спортом?

— Да. Я пришел в клуб «Росич» к своему первому тренеру, Свищенко Виктору Владимировичу. В том же году выступал на чемпионате города, чемпионате края. На следующий год стал кандидатом в мастера, на следующий год – мастером спорта. А когда ты мастер спорта – это уже уровень чемпионата Сибири, после этого уже регулярно ездил на чемпионаты России. Дальше Европа, мир…

— Почему выбрали именно пауэрлифтинг?

— Это моя любовь с первого взгляда. Однажды в одно время пришли приглашения на чемпионат России по пауэрлифтингу и чемпионат России по борьбе. И я выбрал пауэрлифтинг.

— Какая победа для вас самая памятная?

— В Словакии чемпионат Европы среди юниоров, десять лет назад. С украинцем была серьезная борьба, я ему проигрывал. Последнее упражнение – становая тяга. А я по этому виду отставал. В первых двух видах я от него оторвался, установил в жиме лежа взрослый мировой рекорд, а в становой тяге он все мое преимущество отыграл. Второй подход у меня был неудачный, а у него удачный, и он у меня выигрывает десять килограммов.

— Это много в вашем виде?

— Много. В третьем подходе мне нужно было как минимум справляться с тем весом, который я в предыдущем подходе не поднял. А такое бывает очень редко. Если подход неудачный, то где-то внутри решаешь – ну все, не твой день. Но я собрался. И у меня получилось. А у него третья попытка – он уже начал волноваться, и не поднял то, что должен был поднять. В результате мы показали одинаковый результат. Но я был легче, и победу присудили мне.

— Что вы делали перед выходом? Как у вас происходит концентрация?

— Это вопрос непростой, всегда по-разному. Если слишком много эмоций, надо успокоиться. Если эмоций недостаточно, нужно заводиться, злиться. Это от ситуации зависит.

— А в ситуации с украинцем?

— У меня есть свой секрет. Мне надо от всего мира отрешиться. Взял стул пошел в дальний угол. Посидел, подумал. Принял для себя какое-то решение, и пошел.
IMG_3205
— У вас перстень – он наградной?

— Да. Федерация силовых видов спорта Алтайского края тем спортсменам, которые справились с жимом лежа более 300 килограммов, выдает перстень. Таких перстней в крае три-четыре. Золотой, а цифры платиновые.

— Это рекорд для вас?

— Мой рекорд 320 килограммов. Но на перстне круглая цифра. Мировой рекорд в моей категории – около 340 килограммов.

— Вам сколько лет?

— Тридцать три. Неделю назад исполнилось.

— До какого возраста можно выступать в пауэрлифтинге?

— Вообще, проходят чемпионаты мира среди ветеранов старше 70 лет. Люди в 80 лет устанавливают рекорды. А показывать максимально высокие результаты – это до 50-55 лет можно смело.

— То есть, карьера в вашем виде длинная?

— Да. Андрей Палей в 54 года улучшает свои результаты – вот сейчас 350 кг жмет. У него вес больше моего, весовая категория 120-125 килограммов.

У меня есть цель выжать 400 килограммов. В России всего два человека с этим весом справлялись. Хочу стать третьим.

— И когда?

— Для этого мне надо к нынешним 100 килограммам собственного веса набрать еще 15-20 килограммов. Это сложно – набрать 20 килограммов качественного веса, именно мышц. На это понадобится лет пять-семь. Но только собственный вес позволит повысить настолько результат. За год в жиме добавить 5-10 килограммов уже считается хорошим результатом. Это поначалу все идет быстро, а на высоком уровне за каждый килограмм идет борьба.

— Не обидно, что пауэрлифтинг не олимпийский вид?

— Да, было бы хорошо, приятно. Но олимпийские виды – это политика, и сейчас мы это видим.

— Вы придерживаетесь режима? Во сколько подъем, сколько раз едите?

— Сейчас режим в щадящей форме. Надо встать в восемь – могу встать и полвосьмого, и полдевятого. Не получилось вовремя поесть – ну, поем позже. А когда готовлюсь к соревнованиям, стараюсь режим соблюдать.

— Как спорт для вас перешел в бизнес?

IMG_3202
— История довольно смешная. Спонтанно получилось. В 15 лет я был уже мастером спорта, разбирался в пауэрлифтинге неплохо, и с того времени работал тренером в спортзале. В двух-трех клубах брал по одной смене и нормально. Когда мне было 23 года, пришел в один из клубов – таких фитнесс-центров, как сейчас, не было, а хозяин говорит: «Я зарплату платить не могу, либо часть денег забирайте от тех, кто занимается, либо просто арендуйте у меня зал». Я подумал – почему нет? Арендовал часть клуба, где был тренажерный зал, месяца два так работал. Потом мой товарищ, Сергей Коновалов изъявил желание за компанию поработать, а я человек не жадный. С тех пор он мой партнер уже десять лет. А тогда мы еще пару месяцев вместе поработали, и хозяин клуба предложил нам его выкупить. Как действующий бизнес. Вот и все. С тех пор началось. Это было в 2006 году. В этом году в октябре мы отмечаем 10 лет клубу «Рельеф». Но перешел он к нам полностью в январе 2007 года.
IMG_3217
— Название «Рельеф» – откуда?

— Первый клуб, который мы купили, назывался «Рельеф».

— То есть, наследственное?

— Мы хотели его изменить. Оно для клуба бодибилдинга, а мы все же специализируемся на пауэрлифтинге. Но пока первые три года думали об этом, привыкли. И решили, что уже и ладно. Неплохое название. Прижилось. И сейчас уже имя нарицательное – на чемпионате России «Рельеф» знают все.

— Вот вам 23 года, и как вы работали? Насколько вы были готовы к бизнесу?

— Знаний и навыков не было никаких, работали, как получалось.

— Ну, вы считали хотя бы: за коммуналку надо столько, на зарплату столько, значит, надо столько-то клиентов по такой-то плате?

— Если честно, даже на таком уровне планирования не было. Все делали максимально просто и примитивно. Есть зал, есть работа. Один раз собрали деньги – заплатили за то. Другой раз собрали – заплатили за это. В принципе ничего хорошего не должно было из этого получиться.

— Вы смотрите назад и думаете – как же мы не прогорели?

— А мы, в общем-то, и прогорели. Был такой момент. Методика «собрали деньги – заплатили» не срабатывала. У нас появлялись долги то по зарплате, то по аренде. Просрочки – дни, недели, месяцы. Чтобы это компенсировать, набрали кучу кредитов, и должны были еще сильнее прогореть. Но каким-то чудом мы спаслись. Начали считать, смотреть, куда уходят деньги, думать, где их брать. И выбрались. Как говорит мой хороший знакомый, это просто мы что-то хорошее в жизни сделали, что нам так повезло.

— Не пришлось продавать машину, квартиру?

— А не было в то время ничего. Мама моя работала на почте, отец – водитель. Жили в малосемейке, 18 квадратов. Ничего не было, чтобы продавать.
IMG_3210
Понятно, что мы старались: сами делали ремонты, иногда просто жили в клубе круглыми сутками… Но и второй, и третий клуб открывали безо всяких расчетов, интуитивно, как получится. Потом были еще клубы, и сил, чтобы все контролировать, не хватало. Мы поняли, что нам нужна система. Создавали отделы, придумывали планирование.

— Вы шли методом своих проб и ошибок, или понимали, что все эти системы где-то до вас созданы?

— Понимали, конечно. Поэтому мы пошли на тренинг. Для нас Елена Макота провела корпоративный тренинг – мы нашли на него денег. И после этого все сильно изменилось. Это был один из переломных моментов. Стали создавать систему, просчитывать и регламентировать.

— Насчет тренингов – когда у вас появилась тяга к саморазвитию?

— Она всегда была. Мне кажется, у человека, который занимается спортом, не может не быть тяги к саморазвитию. И в спорте, и в бизнесе главное – стремление к результату.

Чем бы я ни занимался, я стараюсь в этом разобраться. Вот мы создавали компьютерную программу – я пытался в это вникнуть. Сейчас чуть ли не программист (смеется).
IMG_3221
Я много литературы прочитал по бизнесу. Не книг – в книгах много теории, которая в большинстве случаев не работает. Читал статьи, бизнес-истории, интервью – практические вещи.

Я очень люблю читать интервью с людьми, которые чего-то достигли. Мне нравится находить там философские вещи, которые можно применить в жизни. Например, Михаил Прохоров сказал: «Нет в жизни большего счастья, чем работать 12 часов в сутки». Мне это очень близко. Мне тоже нравится очень много работать. Для меня большое удовольствие, когда я работаю двенадцать, пятнадцать часов в день. Я получаю удовольствие именно от сделанной работы. И если другие люди делают так же, значит, я не сошел с ума, это нормально.

Есть еще одна мысль, не помню, кто это сказал: если ты чего-то добился, твоя главная задача – приносить пользую людям. Это очень правильно. Я считаю, что успеха может добиться только тот, кто делает добро людям.

Принести пользу людям – это то, что поставлено у нас во главу угла. В самом начале мы хотели создать спортивный клуб с сервисом, не уступающим модным клубам, но доступный для людей среднего достатка.

У меня ребенок ходит на занятия, они там что-то лепят, 300-400 рублей стоит одно занятие. А у нас месяц тренировок стоит 890 рублей. Такую плату может позволить себе даже студент. Это наша принципиальная политика – чтобы спорт был доступен. У нас есть клубы абсолютно нерентабельные, но мы не закрываем их именно из этих соображений.

— Это ваша миссия?

— Да. Раз нам так сильно в самом начале повезло, если с такими глупостями и все равно у нас все получилось, значит, мы должны сделать что-то полезное.
IMG_3228
Люди часто платят за пафос, за модность клуба. А у нас подход другой. У нас не стоит главная задача заработать денег. Главная задача – принести пользу людям. Остальное второстепенно. Такой пример. У нас в залах есть сауна. Сходить в сауну – одно занятие с абонемента списывается, это примерно 70 рублей. Наш руководитель службы сервиса и ремонта говорит: «Не могу понять логики. Чтобы человек сходил в сауну на час, ее надо полтора часа разогревать. У нас там семь тэнов. Получается, мы за свет отдаем 90 рублей только электричество. В чем здесь бизнес?».

— Извлечение прибыли для вас не главное?

— Нет. Хотя, безусловно, неотъемлемая часть. Иначе для чего работать?

— Когда стали появляться большие фитнесс-центры – «Магис», «Сафари», «Аврора» – они создавали вам большие проблемы?

— Если честно – никаких. У нас вроде клуб эконом-класса, а к нам очень много людей приезжает из того же «Магиса», из той же «Авроры». То есть, на «Мерседесах» к нам приезжает не меньше народу, чем в «Магис». Я был на семинаре, где среди 30 человек, руководителей разных организаций, оказалось много тех, кто либо занимались в «Рельефе», либо занимаются сейчас. К нам люди приходят за отношением. Человеческое отношение у нас есть, а разделения по классам – нет.

— Возвращаясь к вопросу планирования. В таком бизнесе, как ваш, в какой мере оно нужно? Тренажерный зал работает, например, с десяти утра до девяти вечера, распорядок ясен, кто выходит на работу, известно. Что тут планировать?

— На самом деле очень много. Сломался тренажер, уборка, доставка, реклама, обучение тренеров. Тренер ведь подбирается не по принципу – «ты хороший, ты спортсмен, мы тебя берем!» – нет. Тренера надо обучить, а это полгода минимум, даже если он опытный. Это затраты, их надо запланировать.

— Как вы работаете сейчас? Рассчитываете, сколько нужно в новом клубе тренеров, сколько тренажеров?

— Сейчас да. Рассчитываем каждую мелочь. Я могу зайти в помещение и в течение минуты сказать, что сюда нужно, как это будет работать и когда это окупится.
IMG_3229
— Как я понимаю, идеология дорогих фитнесс-клубов – чем больше тренажеров, тем лучше. Это правильная тактика?

— Гигантское количество тренажеров, которые каждую мышцу тренируют изолированно – это малоэффективно. Да, есть очень эффективные тренажеры – та же пресс-машина. Но основная масса сделана, чтобы человек мог без тренера заниматься и не покалечиться. А результата от этого практически нет. Занятия без тренера, на мой взгляд, пустая трата времени и сил. В любом клубе люди, которые занимаются с тренером, добиваются результата, а у тех, кто без тренера, результат практически не виден.

У нас основной акцент делается на помощь тренера, поэтому нет необходимости в большом количестве тренажеров. В «Рельефе» есть основа, базовые тренажеры, которых достаточно для тренировки человека для любых целей. Это, прежде всего, оборудование со свободными весами – гантели, штанги, блины. В Европе это в принципе запрещено, там без тренера со свободными весами заниматься нельзя, так как травмоопасно. Но у нас тренеры есть, и они не просто сидят в зале, а помогают.

— У вас сейчас 20 залов в Барнауле, Новоалтайске и Заринске. В Барнауле есть бизнес-история «Марии-Ра». Вы не планируете завоевать мир или хотя бы соседние регионы?

— Может быть, клубов «Рельеф» скоро станет тысяча по всем городам России. (Смеется) Сейчас начнем франшизы продавать – и пойдет.

— Будете продавать франшизы?

— Этим сейчас занимаемся. Проект уже готов, знаки зарегистрированы. Мы зарегистрировали логотип и название, и виды деятельности – инфракрасные кабины, фитобочки, массажи, сауна, бассейн… Хотим под нашей маркой внутри клубов выпускать мороженое – вкус мороженого, но без сахара.

— Кстати, о знаках – почему ваш логотип медведь? Имеется в виду — большой, сильный, русский?
IMG_3212
— Да. Но вообще у нас два логотипа. Один с медведем, а другой – с красивой девушкой со штангой.

— Чтобы девчонки шли в зал?

— Да. Девушки боятся тренажерного зала, думают, что станут огромными качками. Но на самом деле тренажерный зал — это реально единственный способ для девушки заиметь фигуру как с картинки.

Групповые занятия – это полезно, но недостаточно, чтобы получить красивую фигуру. Первые два месяца групповые занятия дают отличные результаты, а потом все останавливается. Почему? Потому что невозможно увеличивать нагрузку.

Есть еще такое понятие как фаза суперкомпенсации. Вы занялись кардиотренировками, жир горит. Но организм не знает ваших целей, он считает, что если жир горит, то ему нужно больше жира, чтобы в следующий раз эту нагрузку пройти проще. И он начинает запасать жира интенсивнее прежнего. Поэтому, если одним кардио пытаться согнать жир, то в итоге можно нагнать еще больше. Подход должен быть комплексный: обязательно тренажерный зал, чтобы можно было увеличивать нагрузку, чтобы организм не мог к ней подготовиться. Также надо следить за обменными процессами и питанием. Вот три составляющие – тренажерный зал, кардионагрузка и питание. Только это залог хорошего результата для девушек.

— После этой лекции спрошу: вы не хотели получить медицинское образование?

— Хотел. Я даже начал учиться заочно в медицинском. Первое высшее у меня педагогическое (БГПУ факультет физвоспитания), потом учился в аспирантуре, параллельно поступил в АГМУ на фармакологию – это был единственный факультет, где можно учиться заочно. Очно я не мог – у меня уже было столько работы… Отучившись полтора года, я понял, что прост трачу много времени и получаю то, что уже знаю. Фармацевтика в тех масштабах, которые давали, мне не нужна, азы медицины я знал и так. Сейчас иногда думаю, что надо закончить – мне оставалось чуть больше года учиться, только диплом написать. Если я пойму, для чего это мне, то пойду и доучусь.
IMG_3218
— Из чего состоит ваш рабочий день? Вы встаете в 8 утра и начинаете ездить по клубам?

— В основном, нет. У нас семь отделов, каждый занимается своей работой. Я просматриваю все документы, которые присылают мне на электронную почту, одобряю какие-то покупки, определяю их степень необходимости. «Рельеф» живой организм – мы каждый день стараемся что-то улучшить. Принимаю решения по рекламе – без моего одобрения ничего не происходит.

Хотя, как мы поняли десять лет назад, так и сейчас считаем, что реклама на самом деле мало что решает. Она не главное.

— А что решает?

— Качество. Если ты что-то даешь людям, это должно быть качественно, только потом будет смысл в рекламе. Некачественный продукт, хоть какую рекламу давай, рано или поздно загнется. А если продукт качественный, то сарафанное радио сработает. Понадобится чуть больше времени, но и без рекламы все будет хорошо. Мы до сих пор не делаем полномасштабных рекламных акций. Иногда, при открытии нового клуба, бывает, но в принципе у нас рекламный бюджет копеечный.

— Спортивные клубы в Барнауле конкурируют? Борются за клиента?

— Мы ни с кем не соперничаем, людей в Барнауле много, работы хватит всем. Хотя некоторые клубы используют нечестные приемы – дают объявления «Занимаешься в «Рельефе»? Приходи к нам и сравни!». Вот мы сейчас ждем – как придут документы о регистрации названия, мы обратимся в суд, потребуем, чтобы они такую рекламу не делали. Пытаются переманить у нас тренеров. Около 70 процентов наших тренеров получали приглашения из других клубов.

— Но с другой стороны – это знак качества?

— Безусловно. Поэтому мы не так чтобы сильно обижаемся. Мы недавно объявили набор тренеров. Хотели взять восемь-девять человек в новый зал. А нам поступило 500 резюме! Пятьсот!

— У вас есть любимый фильм?

— Вообще, их много. Но самый любимый, скорее всего «Тайсон» (художественный фильм 1995 года, посвященный Майку Тайсону. – Прим. «Капиталист»). Это мой любимый спортсмен был раньше, до того, как он начал чудить…

— Уши откусывать?

— Ну да (смеется). Как он отдавался спорту, как он добивался цели, какие-то слова, которые ему тренер говорит – все это во мне плотно осело. Я этот фильм смотрел, наверное, больше тысячи раз. И даже сейчас иногда бывает желание его посмотреть.
IMG_3225
— У вас был какой-то символ успеха, мечта?

— Всегда хотел большой красивый дом и большую красивую машину. Машина есть – «Мицубиси-Паджеро», такая машина, которая мне нужна. И в Горном, куда я очень часто езжу, на ней хорошо, и для города это представительная машина.

Надо как-нибудь заняться домом, как время появится.

— Вы говорили, что когда-то жили всей семьей в 18-метровой малосемейке. А сейчас вы средний класс?

— Не люблю делить людей по классам, это принципиальная позиция, считаю, что это совершенно неправильно. Понятно, что по факту это разделение существует, но делить так людей не хочу.

— С женой как познакомились? В клубе? Или она не из мира спорта?

— В клубе. Она пришла заниматься в «Росич». Какое-то время мы вместе тренировались, потом я ушел, и она ушла со мной.

— А вы вообще романтик?

— В личных отношениях я придерживаюсь брутальных взглядов, истинно мужских – мужчина всегда прав и т.д., и т.п. Но какие-то вещи мне приятно делать для моей любимой женщины.

Была ситуация – работы много, голова тяжелая – и мы поехали просто прокатиться по Бийской трассе. В итоге через 11 часов мы оказались возле горы Белуха. Просто поехали прокатиться… Двое суток там пробыли и вернулись.

Это был такой романтический момент… Вообще, я такие спонтанные вещи делаю крайне редко – у меня все распланировано. Но иногда позволяю.

— У вас сын, сколько ему?

— Два с половиной года. Алексей. Жена захотела так назвать, а я не возражал. Он уже во всю занимается спортом – плавает…

— А что-то пауэрлифтерское заметно в нем?

— Воспитательница в детском саду сказала: «Его судьба, как я понимаю, решена? По нему и так видно». Он маленький, коренастый, бороться пытается. Он чувствует, что он сильнее сверстников – папа и мама спортсмены.

— Сила, которая в вас есть, пригодилась где-нибудь в жизни?

— Случаев много. Бывает, что наши ребята просто доставали застрявшие машины из снега. Не джипы, какие-нибудь легкие. Достали, отнесли на другое место.

Жена на Hyundai ix35 зимой с колеи съехала, села на снег днищем. Дергали машиной – бесполезно. В итоге я очень-очень сильно постарался и враскачку вытолкал эту машину. Я сам удивился, что это получилось. После этого, правда, очень сильно все болело – видимо, нагрузка оказалась больше, чем на тренировках.

Бывает на отдыхе в Горном Алтае, камень мешает, трое его не могут с места сдвинуть, а ты подходишь и один его оттащишь его в сторону.

Мы можем поднять очень тяжелые вещи, но недолго. Это особенность нашего вида спорта — организм собирается для одного повторения, пять-десять секунд. И вот надо что-то успеть за это время.
IMG_3206
— Что для вас отдых?

— Я люблю спокойный отдых. От активного веселого отдыха я больше устаю. Хотя поехать в Горный и лазить по скалам – это для меня отдых. Потому что я буду делать то, что мне очень нравится. Поплавать, даже если устану – это все равно отдых. А вот «Чо дома сидеть – пошли в клуб!» – я от этого устану еще больше. Очень люблю Горный Алтай. Тишину, покой, природу. Были мы на отдыхе в жаркой стране — пляж, жара… Приехали – хочу в Горный!

— Вот вы бизнесмен. А вы всегда ходите в джинсах и футболке?

— Да, я одеваюсь максимально просто.

— Но костюм есть?

— Костюма нет. На официальные мероприятия – когда в администрации что-то вручают — надеваю брюки, рубашку. Хотя галстук по-моему где-то есть… Со свадьбы остался…

Напоминаем, что летом Завтраки с «Капиталистом» проходят в ресторане «Парус». Отличная кухня, свежий воздух, прекрасный вид на Обь, набережная и солнце — что еще нужно, чтобы отдохнуть душой и телом от работы?!

Комментарии

Нам важно ваше мнение

1 Комментарий

  1. Макс
    Reply Июль 30, 16:42 #1 Макс

    Ну наконец-то интервью с предпринимателем! А то все врачи и врачи…
    Просьба уделять больше внимания именно местным предпринимателям.
    Шикарное интервью было с Газиевым.

Ваш e-mail в безопасности Ваш e-mail не будет опубликован на сайте и не будет передан третьим лицам. Обязательные к заполнению поля помечены *