Сыр катается

Сыр катается

Очередной гречневый кризис и эмбарго показали: главной региональной идеей Алтайского края стала еда. Она же — и самой значимой валютой на внешних рынках. Производители уже пытаются занимать опустевшие продуктовые ниши и полки магазинов.

Новость о том, что на Алтае начали выпускать сыры с плесенью, услышала без преувеличения вся Россия. Фермеры из Солоновки Смоленского района в одночасье стали известными: ещё бы, в далёкой Сибири, да ещё и где-то в деревне, производят камамбер, разрабатывают рокфор и планируют выпустить дор-блю. Не аутентичные, конечно, но близкие к оригиналу. Это называли ответом санкциям, ориентацией на импортозамещение и прорывом местного пищепрома. Сами фермеры Кокорины при этом и не думали, что занимаются хоть чем-то из перечисленного: достижением своё небольшое производство не считали — так, друзей угощали, да редких туристов. А отвечать санкциям и не думали — когда решили производить сыр, ещё не было не то что санкций, а даже Крым оставался украинским.

Когда об алтайском камамбере и рокфоре узнали все, Алла Кокорина говорила: максимум, на что фермеры могут рассчитывать в плане сбыта, так это на единичные магазины и пара заведений общепита. Так и получилось: к сыру проявили интерес несколько ресторанов, а в розницу его стал продавать интернет-магазин фермерских продуктов «Еда Рядом». О больших объёмах говорить не приходится — масштабы производства не те, три-четыре килограмма в день. И вряд ли в скором времени этот показатель можно будет увеличить.

История с алтайским сыром с плесенью только с одной стороны из разряда диковинки и неожиданной экзотики. С другой — это показатель того, что спрос на продукт возможен и есть, даже несмотря на его не стопроцентное соответствие оригиналу.

Ответом санкциям оказался и другой алтайский сыр — аналог сливочной «Филадельфии». Известный производитель «Плавыч» презентовал его в середине сентября, когда разговоры об импортозамещении вышли на самый пик, а потребители столкнулись с резко подорожавшими блюдами в суши-барах. Руководство завода заявило о планах конкурировать с продуктами под торговыми марками Viola, President и Hochland.


Фермер Алла Кокорина считает, что её сыр с плесенью может быть как минимум на треть дешевле европейского.

Производитель алтайской «филадельфии» прямо заявлял, что массовый рынок ему интересен гораздо меньше, чем поставки нового продукта в заведения HoReCa. Уже на момент презентации руководство «Плавыча» видело конкретные точки сбыта своего импортозамещающего сыра. То есть, спрос имеется. Теперь компания разрабатывает другой запрещённый к ввозу продукт — тирамису для десертов.

Понятно, что и «Плавыч» своим продуктом не реагировал на санкции: провести быструю реконструкцию пищевого производства и отладить выпуск сыра за один месяц невозможно. Идея выпустить аналог «Филадельфии» у пищевиков возникла два года назад. Но она тоже попала в тренд — теперь любых «сырных» поступков ждут именно от алтайских молочников.

Несколько российских регионов — из Сибири и Дальнего Востока — заявляли, что хотели бы восполнить недостаток импортного сыра именно алтайским. При этом выпускать аналоги элитного сыра, который попал под эмбарго, в больших объёмах в регионе ещё не начали. По сообщения властей, спрос возрос, и остатки сыров на складах у производителей сократились вдвое. Администрация региона непрямо связывала это в том числе с прошедшим форумом «АлтайПродМаркет», на котором местные игроки пищевой промышленности презентовали свои продукты ритейлерам и торговым объединениям. Впрочем, по мнению экспертов, маловероятно, что запасы сократились из-за новых контрактов. Однако, судя по всему, алтайский сыр действительно стал поступать на полки торговых сетей, в том числе и элитных московских, в возросших объёмах. Буквально на днях губернатор Тюменской области Владимир Якушев привёл в пример своим производителям сыра алтайских коллег — в частности, то, как быстро их продукт оказался в ассортименте у ритейлеров. Якушев увидел в этом не только активность молочников, но и брендовость продукта. Возможно, это и справедливо: торговая сеть возьмёт тот продукт, о котором она хотя бы что-то знает.

recept-tvorozhnyy-krem-1
В ближайшее время «Плавыч» выпустит ещё один импортозамещающий продукт — сладкий сыр для изготовления десертов, в частности, тирамису.

Краевые власти несколько лет назад обозначили брендовые продукты региона: хлеб, мёд, сыр, крупы. Среди них громкие информационные поводы возникали пока только по сыру и гречке. О хлебных проблемах в последнее время говорят только во время сбора урожая — о том, что его слишком много, а производители терпят убытки из-за низкой закупочной цены. Про проблемы с мёдом и вовсе не слышно.

Импортозамещение, о котором говорят и к которому стремятся, дело не одного месяца и даже не полугода. Модернизация производства и освоение новых технологий, особенно пищевых, требует времени. Однако запрет на импорт объединил все действия по переходу на свой продукт в один общий тренд, в одну идею.

Когда около месяца назад возник «гречневый кризис», экономисты назвали гречку национальной идеей России: она стала одним из тех продуктов, который закупают жители в случай войны, конца света или других форсмажоров. И из-за того, что крупу эту, кроме как в России, нигде не взять, и возникает паника. Вряд ли таким продуктом в масштабах страны может стать сыр — всё же это скорее излишество, без него, как и без масла, обойтись можно. Но для Алтайского края сыр — пожалуй, основной претендент на звание одной из главных региональных идей.

Василий Морозов

Шеф-редактор и директор журнала "Капиталист"

Комментарии

Нам важно ваше мнение
Комментариев пока нет! Оставьте первый комментарий!

Ваш e-mail в безопасности Ваш e-mail не будет опубликован на сайте и не будет передан третьим лицам. Обязательные к заполнению поля помечены *