Руководитель венчурного фонда «Промсвязьбанка» Алёна Сокова: «С финансированием бизнеса стало благополучнее»

Руководитель венчурного фонда «Промсвязьбанка» Алёна Сокова: «С финансированием бизнеса стало благополучнее»

Венчурный фонд «Промсвязьбанка» — один из редких случаев, когда банк поддерживает бизнес в стадии стартапа. Как работает фонд и почему сегодня менторская поддержка предпринимателю важнее финансовой — рассказала «Капиталисту» Алёна Сокова.

— Алёна Юрьевна, венчурный фонд, который поддерживает в том числе проекты в регионах, сегодня явление редкое, если не единичное. Почему у «Промсвязьбанка» возникла такая инициатива?

— На совместных мероприятиях с «Опорой России» — в частности, конкурсе «Бизнес-успех», где «Промсвязьбанк» был в числе экспертов по отбору проектов — мы поняли, что есть ещё те сферы деятельности в малом бизнесе, в которые банк вкладывать не может по закону, но проекты интересные есть. Хотелось участвовать в развитии молодёжного предпринимательства, поэтому «Промсвязьбанк» и решил создать венчурный фонд. Банк выделил 300 миллионов рублей, которые фонд и составили.

— Много ли проектов успели профинансировать?

— Первый проект был профинансирован в августе 2013 года в Красноярске. К этому дню мы поддержали уже 18 проектов. Сейчас у фонда достаточно активная фаза работы, потому что мероприятий стали проводить больше, люди стали больше говорить о нас и приводить новые проекты. Мы успели рассмотреть уже несколько сотен заявок, а поступает к нам их тысячи. Фонд инвестирует в малый и средний бизнес из реального сектора экономики: сферы услуг, торговли, производства, и так далее. К сожалению, по-настоящему хороших бизнес-проектов не так много: некоторые совсем иллюзорные, не проработанные по части изучения рынка, законодательной базы.

— Знаю, что фонд не поддерживает IT-стартапы. Почему?

— IT для любого непосвящённого человека — это «чёрный ящик». Мало кто в этой сфере разбирается, кроме специалистов. Отрасль растёт большими темпами и есть уже сложившийся костяк венчурных фондов, которые только в ней работают. Они специально охотятся именно за IT-стартапами. Поэтому у нас нет цели развивать этот сектор, мы развиваем сектор реальной экономики. Выбрали его из-за определённой социальной составляющей. Кроме того, в этом секторе «Промсвязьбанк» давно работает и специалисты компании знают, как такой бизнес ведёт себя в разных ситуациях.

венч
Максимальный объём инвестиций в один проект из венчурного фонда «Промсвязьбанка» — 10 миллионов рублей

— Как выглядят бизнес-проекты Алтайского края в сравнении с проектами в других регионах?

— Картина везде приблизительно одинаковая. Есть всплески более качественных и проработанных проектов там, где они развиваются на базе бизнес-инкубаторов, акселераторов. Если нет — то можно встретить что угодно. Если говорить про барнаульские проекты, то мы могли бы взять в работу 2-3 предприятия.

— Вы оцениваете проекты в разных регионах России. Есть ли какие-то общие тенденции — какие сферы чаще всего выбирают молодые предприниматели?

— Сейчас предприниматели активно идут в сферу детства. Это одежда, обувь, расходные материалы для детей — всё это пользуется повышенным спросом. Возможно, потому что демографическая ситуация в стране этому способствует. За последние пять лет обстановка с демографией в стране явно улучшилась.

— Вы говорили, что помимо поддержки финансовой, венчурный фонд «Промсвязьбанка» оказывает менторскую помощь. В чём она заключается?

— Наставничество у нас начинается практически с самого начала. К нам поступает заявка на финансирование, и наши сотрудники, эксперты в кредитных сделках с бизнесом, её оценивают — человек сразу может получить обратную связь по своему проекту. Когда наш инвесткомитет утвердил сделку, подключается «Опора России»: они могут помочь уже как организация, защищающая права предпринимателей — например, преодолевать различные согласовательные, разрешительные барьеры. Далее, когда бизнес проинвестирован, мы контролируем, как идёт его развитие. Кстати, зачастую проработка проекта получается настолько глубокой, что от заданного плана по выручке и прибыли предприниматель отклоняется очень редко, а около 30% проектов идёт выше плана, который мы закладывали. Есть у нас также практика мастер-классов от именитых бизнесменов. Например, основателей проекта «Францфуд» в Красноярске, которые развиваются в кондитерской сфере, консультировал сам Андрей Коркунов, основатель шоколадной фабрики — пожалуй, гуру в этой сфере. Также сотрудничаем с менторской школой «Сколково» — ребята, которых мы проинвестировали, получают назначенного ментора оттуда.

_8013798
Стартап-уикенд в Алтайском бизнес-инкубаторе, на котором венчурный фонд «Промсвязьбанка» отбирал проекты для инвестиций. Руководство фонда выбрало два алтайских проекта для дальнейшего изучения и, возможно, финансирования

— Насколько такая менторская помощь востребована среди предпринимателей?

— Мы опрашивали около 90 предпринимателей на тему того, с какими проблемами они сталкиваются в начале бизнеса. И порядка 60% ответов были о том, что не хватает уверенности в себе и какой-то поддержки, советов. С точки зрения финансирования сейчас всё стало более благополучно: малый бизнес кредитуют многие банки, рынок развит, много продуктов разработано. И если десять лет назад отсутствие финансирования было одной из самых главных проблем, то сейчас — это нехватка поддержки, коучинга, советов.

— По моим наблюдениям получить кредит на бизнес всё-таки не так просто. А что касается стартапов – особенно. Венчурных фондов в России вообще немного.

— Наш венчурный фонд — это ведь не банковский продукт, а дочернее предприятие «Просмсвязьбанка». Акционеры банка решили рискнуть определённой суммой и таким образом хотят развивать клиентский сегмент, в котором они заинтересованы. У банка порядка 40% доходов — именно от малого бизнеса. Поддержав стартапы, мы можем получить их уже в качестве клиентов. Получается своего рода фабрика малого и среднего бизнеса.

— Выходит, венчурный фонд может существовать или только как побочный продукт от банка, как в случае с «Промсвязьбанком», или как отдельный, самостоятельный проект?

— Да. Стартап — это неподтверждённая предпринимательская активность, отсюда – повышенный риск. Соответственно, банки на этот риск пойти не могут, так как инструкции Центробанка говорят о том, что необходима умеренность рисков в кредитовании. Банк ведь отвечает за деньги вкладчиков. Именно поэтому бизнес в стадии проекта и не финансируются. Ведь стартап — это проверка предпринимательской гипотезы: заработает компания или нет. Знаю, что у «Сбербанка» есть продукт «Бизнес-старт», но там тоже получить финансирование не так легко. Это определённая социальная миссия государственного банка. У коммерческих банков я таких продуктов не знаю.

— Венчурные инвестиции — это по определению рискованная деятельность. Каким образом можно снизить эти риски?

— Даже венчурный фонд «Промсвязьбанка» в стартапы в чистом виде вкладывает крайне редко, мы требуем наличие предпринимательского опыта. Лишь один раз в Улан-Удэ профинансировали на полтора миллиона открытие магазина детских игрушек по франшизе. А если б не франшиза, мы бы, наверное, не рискнули. Но и девушка-предприниматель, которая его открывала, зарекомендовала себя как активный, внимательно делающий расчеты бизнесмен. В целом, стартапы — не наш конёк, но если видим активность у человека, увлечённость, целеустремлённость — то всё возможно.

Василий Морозов

Шеф-редактор и директор журнала "Капиталист"

Комментарии

Нам важно ваше мнение
Комментариев пока нет! Оставьте первый комментарий!

Ваш e-mail в безопасности Ваш e-mail не будет опубликован на сайте и не будет передан третьим лицам. Обязательные к заполнению поля помечены *