Хлебное вино и купцы-лоббисты

Хлебное вино и купцы-лоббисты

Как действовало алтайское водочное лобби 150 лет назад и с чем приходилось сталкиваться промышленникам и предпринимателям той эпохи на пути к бизнес-успеху. Читайте на «Капиталисте» дореволюционный кейс купца Григория Бадьина.

В одном из предыдущих материалов исторической рубрики мы рассказывали о водочной династии Платоновых, которые были основателями крупнейшего на Алтае винокуренного завода. Константин Павлович Платонов поначалу служил чиновником при местном горном правлении, но, почувствовав в себе некие предпринимательские таланты (тут стоит сделать поправку ещё и на связи в нужных кругах, которыми традиционно обзаводятся госслужащие), он решил заняться водочным бизнесом. Здесь на его жизненном пути появляется купец 2-й гильдии Григорий Терентьевич Бадьин, ставший партнёром и компаньоном Платонова.

К середине XIX века на Алтае выпивали около 180 тыс. ведер хлебного вина в год. Но почти всё оно было привозным, сам регион не производил такого объёма алкогольных напитков. Во-многом из-за особенностей законодательства того времени, ведь рынок был весьма перспективным, а сдерживали его развитие, так называемые, административные барьеры. Земля в Алтайском горном округе принадлежала Кабинету и здесь действовали свои горнозаводские уставы, запрещавшие многие частные предпринимательские инициативы. Тем более, если речь шла о таких стратегических для бюджета отраслях экономики как производство водки.

В 1862 году региональные власти представили в Кабинет Его Императорского Величества проект документа о разрешении частного винокуренного дела в объёме до 200 тыс. ведер хлебного вина в год на определённых условиях. Разрешение на строительство завода должно было давать Горное правление, которое отводило бы под производство необходимое количество земли и лес за отдельную плату. За аренду земли владелец должен был платить деньги с каждого произведённого ведра вина. Право устанавливать размер таксы оставалось за Кабинетом. Столичные власти согласились с предложением и разрешили частное винокурение на Алтае.

[one_half last=»no»]158318Бадьин, Платонов и топ-менеджмент Иткульского винокуренного завода. Групповое фото из 1870-х годов.[/one_half]Многие алтайские купцы просили власти именно им дать право на открытие первого завода, но самым настойчивым оказался Григорий Бадьин. В 1867 году был объявлен конкурс на строительство завода. Бадьин скооперировался с горным чиновником Платоновым, который стал его партнёром. По слухам, именно Платонов продавливал разрешение через свои связи в Санкт-Петербурге, а у Бадьина был достаточный опыт в алкогольном бизнесе. В то время он владел сетью питейных заведений на Алтае — водочными магазинами и винными складами.

Сначала Бадьин и Платонов пообещали властям выпускать около 50 тыс. ведер вина в год и платить за каждое ведро в казну по 1,5 копейки. Но конкурс был жёстким и конкуренты не дремали. В итоге компаньоны подняли своё предложение почти в два раза — до 3 копеек за ведро. На том и было решено, хотя позднее плата была выросла до 5 копеек, но деваться было некуда — завод начал свою работу в 1968 году.

В первый же год Бадьин и Платонов, который к тому времени бросил службу, выпустили 55 тыс. ведер вина при достаточно низких затратах. Применяя особые технологии брожения, установленный государством лимит производства был превышен, но закон не был нарушен. Это позволило сохранять право на премии со стороны акцизного управления в виде безакцизных отчислений. Кроме того, в производстве использовались дешевые мука и солод, а полученная брага перегонялась в спирт. Готовый продукт продавался в десять раз дороже. Чтобы винокуры не хитрили и не занижали градус напитка, на заводе постоянно находился чиновник, следивший за технологией и выписывавший в случае необходимости штрафы.

За десять лет завод увеличил производственные объёмы на 200%. К 1890-м годам предприятие выпускало более 170 тыс. ведер вина в год, а к началу XX века — 400 тыс. ведер. Огромные деньги и уже серьёзный бизнес при слабых конкурентах.

В 1872 году Григорий Бадьин умер, а долю в предприятии унаследовала его жена Елена Ивановна Бадьина. Она вышла замуж за чиновника Судовского и фирма была переименована в «Платонов и Судовская». В 1893 году скончался и Константин Платонов. Его место занял сын Иван Константинович Платонов, будущий городской голова Барнаула.

С введением государственной монополии, завод стал стабильным поставщиком спирта для казённых винных складов в Бийске и Барнауле. Заключенные договора с казной и широкие связи давали владельцам завода стабильный доход. Но он был значительно ниже, чем ранее.

К тому времени у Иткульского завода появились конкуренты — винокур-пивовар Александр Ворсин, купец Поскотинов, Семипалатинский винокуренный завод, торговый дом «Прокопий Плещеев и К?», промышленник Рыбаков. Работали на алкогольном рынке и компании из Центральной части России. Компанию «Платонов и Судовская» уже не устраивали темпы роста прибыли, денег хотелось больше, поэтому последователи Бадьина решились на картельный сговор, предложив коллегам по отрасли разом поднять цены на хлебное вино — сначала до 6 рублей, а потом и до 14-ти.

Случился скандал, вмешались общественность и губернские власти. Компанию осудили за создание монополии на товары первой необходимости и крупно оштрафовали.

Конец этого этапа виноводочной истории Алтая случился во время Первой мировой войны, когда в России был введён сухой закон. Успешный бизнес в одночасье оказался на пороге банкротства. Далее — Гражданская война и революция. Производство на несколько лет законсервировали, потом восстановили, но это уже было другое, не купеческое, а государственное лобби.

Комментарии

Нам важно ваше мнение

2 Комментариев

  1. Адмирал
    Reply Июнь 18, 14:00 #1 Адмирал

    Круто! Продолжайте ваш интересный исторический цикл! Будем читать!

  2. Наталья
    Reply Декабрь 03, 09:58 #2 Наталья

    а про купца Давыда Есина у Вас ничего нет?

Ваш e-mail в безопасности Ваш e-mail не будет опубликован на сайте и не будет передан третьим лицам. Обязательные к заполнению поля помечены *